Лишние движения: Киев и Москва могли бы помолчать

Ведомство Огрызко нашло повод врезать правду-матку об отношениях двух стран

Ложкой дегтя в триумфальном газовом перемирии Тимошенко-Путина стал короткий дипломатический спарринг между двумя МИДами. Вспышка эмоций произошла некстати и не вовремя.

Черная кошка пробежала между внешнеполитическими ведомствами Украины и России, едва успели высохнуть чернила под засекреченными газовыми соглашениями. Парадокс - отношения обострили те, кто по своим служебным обязанностям должен сглаживать любые намеки на внешнеполитическую конфликтность.

Думаю, обмена любезностями между дипломатами можно было избежать. Не потому, что Виктор Черномырдин воздержался бы от откровений (наивно этого ожидать от ветерана "Газпрома"), а потому, что смолчал бы Киев.

Ничего бы не случилось, если бы в нашем МИДе не стали упрекать россиян в неуравновешенной риторике, недружественных и пренебрежительных заявлениях, раздувании подконтрольными СМИ мифа о славянском единстве, неприкрытом давлении, информационном наступлении, спланированном характере газовой атаки, подстрекательстве европейцев против Украины, искусственном разжигании вражды.

Слова посла, которого активно "сватали" назад домой, можно было не заметить или же отнестись к ним прагматично. Промолчать – не всегда означает согласиться. Отсутствие публичного ответа – это тоже реакция, причем, иногда более сильная и уж точно взвешенная.

Черномырдин ведь в телеинтервью никого пофамильно не обижал, а лишь в общем засомневался в отсутствии мозгов у соседей. А за его прогноз о возможности транзита газа в обход Украины не мешало бы вообще поблагодарить: человек беспокоится, сдает секреты.

Ведомство Владимира Огрызко будто только и ждало повода, чтобы спустить пар и врезать правду-матку об отношениях стран. Да так рьяно, что даже вспомнили Венскую конвенцию о дипломатических отношениях. А персона Черномырдина подвернулась случайно. О нем в заявлении украинского МИДа упомянуто лишь в самом конце, сугубо для наглядности "недружественности и пренебрежения" россиян.

Сам документ выдержан, скорее, в публицистическом стиле, нежели в официально-деловом. Наряду с оценочными мнениями там присутствует и далеко не риторический вопрос: "как же надо не любить Украину..."?

К другим персоналиям РФ официально претензий почему-то не было, хотя нелестных слов о недоказанном украинском воровстве из уст Дмитрия Медведева, Владимира Путина и Алексея Миллера, не говоря о более смелых на язык деятелях второго эшелона, прозвучало в разы больше.

Странно, что на письмо Киева ответил не сам Черномырдин, а вмешался российский МИД. Комментарий московских дипломатов оказался более сдержанным: реакция МИД Украины "носит не вполне здоровый характер", а обвинения - бездоказательны.

Неужели у Огрызко рассчитывали перевоспитать создателя "Газпрома"? Разве не осознавали, каким будет эффект от дипломатического "наезда"? Бесспорно, право на ответную реплику на грубость – это святое, тем более для спецов по риторике. Но можно ведь было ограничиться сухим опровержением посольских тезисов, сказав, что "балаган натуральный" в газовых отношениях исходит не от руководства Украины, которое все-таки понимает, что делает. Или, к примеру, раскрыть глаза соседям на то, что украинская власть в чужие карманы не заглядывает.

Вряд ли Черномырдин действовал с целью спровоцировать украинцев. Трудно его заподозрить и в желании создать положительный внешнеполитический имидж Украины. Скорее, у Виктора Степановича сработала старая привычка – не выбирать слов. Возможно, это был специальный месседж посла в сторону Кремля, поддержка которого всегда в цене.

Словом, приходится все больше недоумевать, какие интересы отстаивает украинский МИД, когда сознательно идет на обострение отношений с соседями накануне сложных переговоров о делимитации границ. Неужели ради удовлетворения персональных идеологических амбиций отдельных высших должностных лиц нужно создавать экономические риски для страны?

Оборонительные "уколы" Огрызко пока сулят лишь негатив. Можно не доверять соцопросам, но иногда цифры очень наглядны. Более половины граждан осудили действия властей в газовом конфликте. Если бы МИД в этом опросе фигурировал отдельно от всей остальной власти, количество несогласных могло бы стать критичным.

Столь усердные порывы ведомства Огрызко не только нежелательны, но и опасны. Увы, понять эту истину мидовцы пока не желают. В ответ они лишь улыбаются, мол, недоброжелательные заявления соседей не останутся безнаказанными. Намек, конечно, понят, но разве на нас не начнут тыкать пальцем, если российского посла вдруг объявят персоной нон-грата?